«ГЕНЕРАЛ» ЛЭП
Зима, последний месяц 1968-го года. Министр энергетики и электрификации принимал решение о новых назначениях. Ему предстояло утвердить своей размашистой подписью в должности крупнейших руководящих работников отрасли. Он никогда не делал это формально. И вот сейчас внимательно изучал подготовленный приказ о новых назначениях в Беларуси.
Многих министр знал лично. Фамилии других видел впервые. И теперь в списке он обнаружил явную опечатку. Главным инженером крупнейшего в Беларуси треста «Запад-электросетьстрой» назначался некто Станислав Владимирович Кунцевич. Министр обратил внимание на эту фамилию из-за графы о возрасте назначенца. Станиславу Кунцевичу, судя по документам, был всего... 31 год. «Разберемся на коллегии», — решил руководитель отрасли.
 
 
Коллегия — это почти сотня ее руководителей. Когда Станислава Кунцевича пригласили в кабинет, он, признаться, растерялся. На него смотрели начальники главков, руководители крупнейших подразделений и предприятий, гигантских строек.
— Вот, белорусы рекомендуют, — произнес начальник канцелярии и зачитал короткую биографию назначенца.
Станислав до сегодняшних дней помнит произнесенную кем-то фразу:
— А не молод ли?
— Ну, молодость тот недостаток, который проходит,— возразил министр. — Раз коллеги рекомендуют — значит справится...
Так Петр Степанович Непорожний, министр энергетики и электрификации СССР утвердил неизвестного ему совсем молодого Станислава Кунцевича главным инженером одного из крупнейших в СССР коллекпередач.
Доктор технических наук, Лауреат Государственной премии СССР, четверть века руководивший Министерством энергетики и электрификации СССР, Петр Степанович Непорожний никогда не пожалеет об этом. Позже он лично познакомится со Станиславом Кунцевичем, будет ставить перед коллективом белорусских ЛЭПовцев самые ответственные задачи, уверенный в том, что они их выполнят. И многие годы на всех совещаниях станет приводить в пример добрые дела Станислава Владимировича Кунцевича.
Так, в Беларуси, в Минске с первых дней 1969 года приступил к выполнению своих обязанностей новый главный инженер треста Станислав Владимирович Кунцевич. Тогда ему действительно исполнился всего 31 год.
В данной должности, а потом и управляющего трестом, он проработает треть века! Впрочем, и сегодня Станислав Владимирович еще при весьма важных делах и обязанностях. Он — заместитель главного инженера треста.
... Все-таки, как мало мы знаем о тех, кто «тянет к нам солнце чистое» — о людях и коллективах, проектирующих и строящих линии электропередач. Без ЛЭП самые мощные электростанции, их огромные утесы плотин и зданий будут бесполезными сооружениями. Но вот от них пошагали величественные опоры линий электропередач, гроздьями повисли изоляторы, приняли на себя огромную мощность провода и понесли энергию станций в города и села, на объекты, в регионы... Вот тогда и образуется структура, носящая гордое имя — энергосистема.
Надежная энергосистема — величайшее достояние любой страны. Тем более, такой огромной по расстоянию страны, какой был Советский Союз.
Так распорядилась послевоенная история страны, что именно белорусские ЛЭПовцы внесли крупнейший вклад в создание всей энергосистемы СССР, особенно на европейской части.
В годы, когда Станислав Кунцевич приступил к своим обязанностям главного инженера треста, Беларусь уже полностью электрифицировали. Благодаря построенным новым мощным электростанциям — Березовской на Брестчине и Лукомльской на Витебщине - и стараниям ЛЭПовцев, была создана общая энергосистема республики. Белорусские строители ЛЭП уже работали на строительстве линий электропередач в Архангельской области, в ряде областей Украины. И в разных должностях уже везде успел проявить себя с лучшей стороны выпускник энергетического факультета Белорусского политехнического института молодой инженер Станислав Кунцевич. Так что, не сразу, а по всем ступенькам, последовательно, набираясь «ума-разума» и опыта, шел он к своей чрезвычайно ответственной должности.
В те годы я был молодым, начинающим ЛЭПовцем, трактористом, тянул линии по Беларуси. Рядовой большой армии энергетиков я, конечно, не знал, что скоро из мест своих родных, уеду вместе со всеми в края далекие, неизвестные, чтобы там строить ЛЭП.
Разумеется, новый главный инженер треста Станислав Владимирович Кунцевич и тогдашний управляющий Григорий Иванович Ляшенко знали о перспективах куда больше, чем мы. Но тоже далеко не все.
День грядущий готовил большие задачи и серьезные испытания коллективу белорусских ЛЭПовцев, из которых мы вышли с честью.
Спустя многие годы Станислав Владимирович написал свои воспоминания о годах, что прошли с дорогим ему коллективом. При этом, он почти не пользовался архивными данными. Пережитые события были настолько важны, что они сохранились в памяти до деталей. В воспоминаниях имена и фамилии сотен людей — соратников Станислава Владимировича, много технологических подробностей строительства ЛЭП в разных регионах. Но воспоминания «технаря», инженера читаешь порой как хорошую прозу. Это говорит о большой эрудиции автора, о его любви к делу, к людям. Правду говорят: талантливый человек — талантлив во всем.
Вот процитируем небольшой отрывок воспоминаний: «Не каждому подвернется счастье пролететь над тайгой на вертолете, да еще в «золотую осень». Летим долго и нет ничего, кроме леса, черных озер, бескрайних болот. Золотистый цвет листьев осины, лиственницы, березы — словно редкие солнечные пятна на фоне вечной зелени елей и сосен. Лиственные деревья, как правило, растут на почвах менее влажных, менее болотистых. Все знают — там любая техника на гусеницах пройдет. И такие островки в тайге успешно используются теми, кто ведет линии электропередач».
Здесь и лирика, и технологическое наблюдение, ведь ЛЭПовцы приезжают в необжитые места вовсе не для любования природой — их задача проложить над непроходимыми лесами, болотами энергомосты, порой на сотни километров.
После родной Белоруссии и степной Украины, где белорусским линейщикам было относительно легче, работу на севере страны Станислав Кунцевич называет «особым периодом» в истории треста. И это действительно так. «Там очень суровый климат, полное отсутствие дорог... Лето очень короткое. Зимы длинные и суровые: со снегами, морозами...», пишет он в своих воспоминаниях и словно вводит читателя в атмосферу того поля деятельности, где ЛЭПовцам Беларуси предстоит трудиться многие годы.
Добычу богатейших запасов нефти и газа в северных районах невозможно было вести без надежной энергетической системы региона. Станислав Владимирович напоминает нам, что там работали разрозненные электростанции. Электричество в города и поселки подавали даже с генераторов, поставленных в вагоны на железнодорожных путях — с так называемых энергопоездов. Всей стране было известно и о «Сиянии Севера». Такое красивое название носила плавучая электростанция, стоящая на якоре «у Печоры у реки, где живут оленеводы и рыбачат рыбаки». Это цитата из песни тех лет. Нет, не случайно эту, как и многие другие песни о суровом северном крае, писали тогда поэты и композиторы. И песни эти звучали по всем радиостанциям Советского Союза прославляя подвиг первопроходцев.
Станислав Кунцевич решал сотни чрезвычайно сложных производственных задач и проблем. Порой совершенно новых, необычных, оригинальных. И с теми, кто проектировал линии электропередач, и с теми, кто конструировал новые механизмы и приспособления, и с теми, кто создавал новые опоры для линий, и, конечно, с нами, рядовыми линейщиками... Главный инженер успевал всюду: и в Министерство, и в главк, и в проектную организацию, и к нам, в бригады, в далекую глушь — и летом, и зимой.
Он чутко прислушивался к мнению своих коллег, к их предложениям, лично был знаком с ведущими учеными-энергетиками. Станислав Владимирович принимал чрезвычайно ответственные решения, а поэтому должен был знать свое дело до тонкостей. Вот всего лишь один из примеров. Аркадий Рохлин, главный инженер механизированной колонны №3 треста, разработал и предложил к внедрению новую опору для линий электропередач. Массовое их применение экономило стране миллионы рублей, позволяло значительно быстрее строить линии электропередач, снижать затраты труда и времени. Станислав Кунцевич горячо поддержал разработку своего коллеги, и она была широко внедрена при сооружении тысяч и тысяч километров ЛЭП по всему Советскому Союзу.
Мы, рядовые белорусской армии ЛЭПовцев, хорошо знали, что всегда рядом с нами наши «генералы», на которых вовсе не заметны были «лампасы» и «погоны»! Главный инженер мог совершенно неожиданно появиться среди глухого болота, где одетые в накомарники — наши «скафандры», - похожие на чертей в аду, мы ставили очередную опору. Станислав Владимирович добирался до нас в таком же накомарнике, в огромных резиновых сапогах. Порой шагал по трясине несколько часов, чтобы преодолеть всего пару другую километров.
Порой невозможно было поставить опоры без помощи вертолетов. Небольшие винтокрылые машины работали с нами постоянно. Доставляли мелкие партии материалов, даже солярку и масло для моторов тягачей и тракторов, с воздуха осматривали трассы ЛЭП. Но однажды в небе появился и настоящий динозавр: могучая винтокрылая машина «МИ-10 К», и с тех пор не оставлял нас в самых трудных делах. Позже мы узнали, что командиром экипажа этого гиганта был Герой Социалистического Труда М.В.Мальцев. Воздушный помощник помогал нам устанавливать опоры в самых труднодоступных местах. Тяжелые, многотонные они, конечно же, обладали нулевыми аэродинамическими свойствами. Как говорили пилоты, они имели дело с управляемым летным происшествием, а то и управляемой катастрофой. Ювелирная, рискованная, но абсолютно необходимая работа. В экипаже трудился даже пилот-оператор, управляющий лебедкой прямо из машины: воздушный такелажник.
Так вот, в первом полете, проверяя работу в реальных условиях, в машине находились наши «генералы» — главные инженеры С.В.Кунцевич, И.И.Мирец, старший инженер В.И. Дергай, мастер В.М. Малахов.
... Я читаю воспоминания своего «генерала», одного из легендарных энергетиков Беларуси Станислава Владимировича Кунцевича... Многое всплывает в моей памяти, человека сопричастного к поистине великим делам белорусских ЛЭПовцев. Конечно же, мне трудно представить весь масштаб работы управленца, или, как теперь говорят, менеджера. Но мне хотелось бы, чтобы современный управленец столь же глубоко чувствовал ответственность за свое служение людям, народу, как это делал и делает Станислав Кунцевич. В его воспоминаниях множество цифр, дат, географических названий. Без этого не обойтись. Но тем более заметны и дороги и те лирические отступления автора, которые говорят о его бережном отношении к нашей истории, о знании этой истории. Впрочем, не только ее. Рассказывая о строительстве ЛЭП-500 в далекие уже годы во Владимирской области России, Станислав Владимирович не забывает отметить: «Знаменитая картина художника Левитана «Плес» создана в этих местах».
А вот короткое наблюдение автора для людей любознательных. Оно из тех лет, когда белорусские ЛЭПовцы работали на севере. « Город Ярега, что недалеко от Ухты, мало кому известен. Между тем, только здесь добывали твердую нефть. Способ добычи - шахтный. В шахту закачивалась горячая вода вместе с паром, нефть становилась жидкой и по трубам поднималась на поверхность. Рассказывали, что это стратегическое топливо, но где оно применялось — неизвестно».
Трудно вести линию по непроходимым болотам. Не легче и тогда, когда под будущими опорами — твердый гранит. А так было, когда белорусы строили линию Ленинград - Выборг — госграница с Финляндией. Короткая историческая справка, что приводит автор в воспоминаниях, говорит о многом: «Знаменитый памятник «Медный всадник» в Ленинграде... «Куда он скачет этот конь, и где опустит он копыта...» — вопрошал Александр Пушкин в своей знаменитой поэме. Так вот, памятник установлен на пьедестале из прочнейшего карельского гранита. А нашим линейщикам приходилось бурить этот гранит и ставить опоры ЛЭП. Тяжелейший труд».
Или вот в порт Калининграда должен войти знаменитый парусник «Крузенштерн». Его высокие мачты непременно заденут существующие линии электропередач. Руководство области согласно на время демонтировать ЛЭП. Но это нарушит нормальную привычную жизнь и экономическую деятельность региона. Белорусские энергетики предлагают оптимальное решение: быстро соорудить высоченные опоры, поставить их на противоположных берегах и судоходство будет обеспечено не только для знаменитого парусника, но и на будущие времена. Так и сделали. Эти изящные, высокие опоры и сегодня стоят на берегах Преголи и не только служат функционально, но и украшают город, стали его исторической достопримечательностью.
О Чернобыльской катастрофе написано много. Но, пожалуй, впервые из летописи Станислава Кунцевича мы узнаем о подвиге белорусских ЛЭПовцев. Сотни их трудились в районе непосредственной близости от АЭС, выполняя тактические задачи. Кроме того, в те дни коллектив решал и стратегическую проблему. На юге Беларуси образовался дефицит электроэнергии. Крупнейшие промышленные районы, где наши нефтеперерабатывающие заводы могли снизить объемы производства. Срочно оказались необходимы новые ЛЭП, новые маршруты энергоснабжения. И эту проблему с честью решили белорусские ЛЭПовцы в кратчайшие сроки.
Историческое исследование инженера-энергетика Станислава Кунцевича стало основой книги, что коллективно написали и издали белорусские ЛЭПовцы о своем славном недавнем прошлом. Это страницы и нашей общей белорусской истории.
«Мы росли среди горьких военных отав»... Так горестными словами поэта можно сказать о детстве Станислава Кунцевича. Он родился за четыре года до войны в небольшой лесной деревушке Криваль на Любанщине. Рано взрослели мальчишки, чье детство обожгла война. Любанщина — один из центров народного сопротивления врагу, одна из крупнейших партизанских зон Беларуси. В здешних лесах базировался Минский подпольный обком КПБ(б) Беларуси и штаб Минского партизанского соединения. Кстати, народные мстители яростно заявили о себе уже осенью 1941 года, когда в ночь на 7 ноября полностью разгромили вражеский гарнизон в райцентре Любань.
Мальчик помнит, что в их деревне часто бывал Василий Иванович Козлов, один из организаторов партизанского движения в Беларуси. Позже наведывался сюда и Станислав Алексеевич Ваупшасов, легендарный командир отрядов специального назначения. Отец Станислава, как и многие в деревне, был активным, участником народного сопротивления. Он погиб во время очередной карательной операции захватчиков против народных мстителей. До полного освобождения Беларуси оставалось всего несколько недель. Станислав остался с мамой...
Мне кажется порою, что солдаты,
С кровавых не пришедшие полей,
Не в землю нашу полегли когда-то,
А превратились в белых журавлей.
Эти стихи Расула Гамзатова, ставшие известной песней. А вот Станиславу Владимировичу Кунцевичу кажется, что опоры линий электропередач, что шагают по белорусской земле через леса, поля, через непроходимые болота — словно памятники-обелиски всем погибшим неизвестным и известным воинам и партизанам. Этих памятников, несущих свет, очень много, но все же их куда меньше, чем жертв той войны.
  Там, где столько сильных похоронено, слабое не может прорасти...

Иван КУРАТНИК.
Комментарии
Добавить новый Поиск
Оставить комментарий
Имя:
Email:
 
Тема:
UBB-Код:
[b] [i] [u] [url] [quote] [code] [img] 
 
 
Пожалуйста, введите проверочный код, который Вы видите на картинке.

3.26 Copyright (C) 2008 Compojoom.com / Copyright (C) 2007 Alain Georgette / Copyright (C) 2006 Frantisek Hliva. All rights reserved."

 
 Каталог TUT.BY